Один в поле воин. Санитарка, рассказавшая о нарушениях в Доме ребёнка, подвергается травле

main_thumb Один в поле воин. Санитарка, рассказавшая о нарушениях в Доме ребёнка, подвергается травле

Следствие и Минздрав закрыли глаза на несоблюдение трудового законодательства и халатное отношение работников к своим обязанностям в спецучреждении Якутска.

Весной прошлого года в Доме ребёнка прошли ведомственная проверка и следственные мероприятия. Такая реакция последовала на обращение работницы спецучреждения Анны Михайловой к уполномоченному по правам человека в Якутии. Скандал купировали: Минздрав заявил об отсутствии нарушений, а причиной шумихи назвал локальный конфликт санитарки и руководства. При этом после проверок главного врача понизили в должности, фигуранты уголовного дела уволились. Но обстановка в коллективе, судя по словам Михайловой и нескольких работников, остаётся напряженной.

Инициатива наказуема 

«Я называла Катю дочкой. А она, как только видела меня в дверях, подбегала, кричала «мама, мама» и лезла целоваться», — рассказывает Анна Михайлова. Она работает санитаркой в Доме ребёнка с 2009 года. До скандальных событий она ухаживала за детьми младшей спецгруппы и особо привязалась к Кате и Жене, у которых синдром Дауна. «С Катей мы нашли общий язык, когда я возила её в Новосибирск на операцию на сердце. Мы с ней там были 17 дней. Евдокия Ивановна [Протопопова, бывший главный врач] мне доверяла. Присматривала ещё за одной малышкой на выезде в Хабаровске», — рассказывает Анна.

Уход за детьми, по её словам, ухудшился, когда в 2015 году исполняющей обязанности главного врача назначили Лену Бубякину. «Детям стали давать меньше еды, чем требовалось по нормативу, давали некачественные фрукты, печенье, которым можно было гвозди забивать. Но дети не должны оставаться голодными. Я ходила по группам и забирала для своих оставшуюся еду, — говорит Анна. — Просила чаще менять одежду, выдавать ползунки. Мне отказывали. А колготки, ползунки быстро изнашиваются. Приходилось оставаться после смены, чтобы штопать».

59ddc6060665f Один в поле воин. Санитарка, рассказавшая о нарушениях в Доме ребёнка, подвергается травле

Руководство невзлюбило инициативную санитарку. Начались поиски повода, чтобы уволить её. «Сначала они нажаловались, будто Анна материлась при гостях и школьниках, которые пришли на торжественное мероприятие. Заставили одну из медсестёр выступить свидетелем. Она потом мне созналась в этом, — рассказала одна из сотрудниц Дома ребёнка на правах анонимности. — Когда я начала поддерживать Анну, преследовать начали уже меня. В ход пошло психологическое давление, вроде того, что позвонили мне в выходной день со словами «ты отстранена от работы». Составили  акт о нарушении трудовой дисциплины и требовали, чтобы я подписала его».

Чисти унитаз, ты наказана  

Анна подала жалобу в Министерство здравоохранения Якутии. Её заявление направили обратно в Дом ребёнка. Администрация потребовала от подчинённой расписку о том, что она больше не будет писать жалобы. «Они [главврач, её заместитель, главная медсестра] вызвали меня к себе, заперли кабинет изнутри и начали на меня наседать. Довели до слёз. В наказание поручили сверхурочно мыть туалеты, коридор, четыре кабинета. Сказали: «Выполняй или увольняйся», — говорит Анна.

Позже руководство собрало подписи против санитарки Михайловой. «Мне люди звонили, извинялись, что подписывались под тем письмом. Я их не осуждаю, им тоже работать надо. Через некоторое время после этих событий в мой выходной мне позвонили и сообщили, что привязали мою «дочку» Катю. Это стало последней каплей. Снова написала жалобу в Минздрав», — рассказывает Анна.

В своем письме работница описала случай привязывания детей, сообщила о начислении заработной платы людям, неработающим фактически в учреждении. Тогда министром работал Александр Горохов. С письмом санитарки в ведомстве разбираться не стали. Напротив, строптивого техработника руководство Дома ребёнка в октябре 2015 года отстранило от работы, объясняя свое решение состоянием её здоровья.

Уголовное дело по статье «Халатность» 

Анна Михайлова решила во что бы то ни стало отстоять свои права и бороться с нарушениями, которые происходили в Доме ребёнка. С этой целью она сначала обратилась к детскому омбудсмену Анне Соловьёвой. Та выслушала работницу, но на случаи жестокого обращения с детьми никак не отреагировала.

Тогда Михайлова обратилась к уполномоченному по правам человека. В аппарате омбудсмена к проблеме отнеслись серьёзно: обратились в прокуратуру, помогли Анне через суд восстановиться на работе.

Только после вмешательства уполномоченного по правам человека Якутии Алексея Ефимова Минздрав проверил работу подведомственного учреждения и выявил нарушения. Более того, Следком РФ по Якутии возбудил уголовное дело в отношении руководителей Дома ребёнка по статье «Халатность». Мотивом послужило сообщение о фиксации детей к кровати, укалывании их булавкой, о получении перелома руки трехмесячной девочкой, поступившей по акту ПДН, ухудшение состояния другой воспитанницы после инъекции. Однако уголовное преследование прекратили, посчитав, что лица, допустившие нарушения, не являются должностными.

59ddc591a53f0 Один в поле воин. Санитарка, рассказавшая о нарушениях в Доме ребёнка, подвергается травле

Привязали, потому что гиперактивные 

И следователь, и ведомственная комиссия решили, что преданный огласке факт привязывания детей к кровати — единичный случай, и потому, судя по логике дальнейших действий, не стоящий разбирательств. Инцидент произошёл в июле 2015 года. Врач Зинаида Попова, делая обход, увидела, что Катя и Женя из старшей спецгруппы привязаны за ползунки к кроватям. Медсестра Сахайаана Заровняева объяснила, что дети мешали спать другим воспитанникам, поэтому их зафиксировали. Врач доложила о случившемся руководству. Медсестра, воспитатель и санитарка получили выговор.

Комиссия, выезжавшая с проверкой после публичного скандала, сделала вывод, что детей зафиксировали «с целью ограничения гиперактивности и навязчивых движений во время дневного сна», поскольку они страдают тяжелым органическим поражением центральной нервной системы. Замминистра Людмила Вербицкая также заступилась за подчинённых и сообщила СМИ, что это «регламентированная медицинская фиксация».

Однако следователю Заровняева рассказала свою версию: «Надо было передвинуть шкаф, а Женя и Катя трогали тюль, пытались открыть окно, бросались вещами». Следует отметить, что в смену этой же медсестры — в другое время ночью, пока она спала в одной из соседних комнат — девочка укусила мальчика Дамира. Про этот случай Заровняева не смогла ничего рассказать следователю.

Но следователь Соркомова ограничилась выводом, сделанным Росздравнадзором, о том, что в медкартах детей не найдены записи о фиксации, её продолжительности и причинённых телесных повреждениях.

Всего лишь перелом предплечья

Не менее интересный вывод следователь делает по поводу получения перелома трехмесячной Маргаритой. Малышка попала в Дом ребёнка в конце января 2016 года по акту ПДН. Педиатр, осмотревшая ребенка при поступлении, не обнаружила никаких нарушений в её развитии, заключила, что она здорова. Через десять дней девочку из-за её беспокойного поведения и плача отвезли в Медцентр, где ей поставили диагноз «закрытый поднакостничный перелом лучевой кости правого предплечья». Допрос свидетелей не помог понять, каким образом грудной ребенок получил травму. Следователь опросила родителей, которые заявили, что ни к кому претензий не имеют. При этом почему-то не учитывается, что именно из-за этих людей, которые ушли в загул, празднуя чей-то день рождения, маленькая Маргарита оказалась в спецучреждении. В итоге следователь сделала вывод: «Установлено, что у неё рука не сломана, в связи с этим отсутствуют общественно опасные последствия».

59ddc6f19f3b0 Один в поле воин. Санитарка, рассказавшая о нарушениях в Доме ребёнка, подвергается травле

Булавки, лейкопластыри, неправильный укол  

Сообщения о случаях заклеивания ртов детям лейкопластырем, укалывании их булавками «в воспитательных целях» следователь тоже проверяла. Но к конкретным действиям ни допрос свидетелей, ни очные ставки не привели. «Дорофеева удивлялась, почему при Габышевой дети ведут себя так тихо, и спросила об этом у Габышевой. На что она показала булавку, прикрепленную к своему халату, и сделала движение, будто колет. Свидетель Габышева показала, что не согласна с Дорофеевой: она не показывала ей булавку и не показывала никаких движений. Эти слухи распространила Апросимова, так как у них неприязненные отношения». Протокол очной ставки ограничивается лишь этими показаниями. Что ответила вторая сторона, остаётся загадкой. Это при том, что об укалывании детей говорили другие свидетели. Также тема стала предметом разборок другой очной ставки, во время которой старшая медсестра Туяра Ионова сказала, что сообщение об этом получала и передала главному врачу.

Но следователь предпочла поверить Габышевой, которая рассказала, что булавка на воротнике халата служит ей оберегом, а слухи придумали работники, с которыми у неё неприязненные отношения.

Примерно такая же история с приклеиванием пустышки скотчем. «Свидетель Соломонова показала, что она видела, как медсестра Кузьмина приклеила ребенку пустышку ко рту. Свидетель Кузьмина показала, что такого не было», — говорится в протоколе очной ставки. Дальше дело не развивается. Между тем другой работник сообщила о том, что видела, как Кузьмина ударяла ребёнка. И снова следователь ограничивается показанием «… свидетель Кузьмина показала, что она детей не била».

Кроме того, следователь проверяла факт появления инфицированной раны у двухлетней Киры после инъекции. Девочку госпитализировали в Детскую городскую клиническую больницу. Медсестра Евдокия Неустроева, поставившая укол, была лишена стимулирующей выплаты.

Фиктивный трудовой договор на благие дела  

Тем  не менее следствие пришло к выводу, что люди, причастные к причинению увечий малолетним воспитанникам, не являются должностными лицами, а руководители Дома ребенка  не совершали эти действия. Потому следователь Соркомова постановила прекратить уголовное дело в отношении и.о. главного врача Лены Бубякиной, заместителя главного врача по экономическим вопросам Татьяны Тарасовой, медсестер Раисы Литвинцевой, Евдокии Неустроевой, Сахайааны Заровняевой.

Старший уполномоченный Управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД по Якутии Сивцев тоже не усмотрел нарушений в действиях руководителей Дома ребёнка, которые воспользовались документами некой Егоровой для заключения фиктивного трудового договора, начисления заработной платы и обналичивания этих денег.

В октябре 2015 года старшая медсестра Туяра Ионова договорилась со знакомой Егоровой, чтобы та предоставила свои данные для составления трудового договора. При этом Егорова никогда не планировала работать медсестрой в Доме ребёнка и не получила зарплату, начисленную за два месяца работы.

Вместо неё заработную плату в размере свыше 100 тысяч рублей обналичили и.о. главврача Лена Бубякина и её заместитель Татьяна Тарасова. Сотруднику полиции женщины сказали, что деньги были израсходованы на нужды учреждения: ремонт автобуса и организацию торжественного мероприятия по случаю въезда в новое здание.

Некий Черемзанский пояснил, что получил от Бубякиной 50 тысяч рублей и отремонтировал автобус. При этом следователь Сивцев проверил только платежное поручение на 41,9 тыс. руб. и не стал задавать вопросы о наличии договора об оказании услуг, квитанции о получении товара. «Пояснения Бубякиной в части расходования около 50 тысяч рублей для ремонта автобуса следствие расценивает как правдивые пояснения», — сделал вывод Сивцев.

59ddc78d69439 Один в поле воин. Санитарка, рассказавшая о нарушениях в Доме ребёнка, подвергается травле

Торжественное открытие нового здания Дома ребенка. В центре — и.о. главного врача Лена Бубякина

Проверяя версию об организации торжества, следователь пишет: «Проверкой установлено, что мероприятие финансировалось за счёт профсоюзных взносов». В подтверждение этого приводятся пояснения председателя профкома о том, что реском профсоюзов выделил учреждению 31,2 тыс. руб.

Видимо, этой суммы не хватило. Дополнительно Бубякина предоставила квитанции и чеки на 57 тысяч рублей. Указанная на них дата совпадает «с временем проведения указанного мероприятия и целевым предназначением». Таким образом, на банкет было потрачено около 90 тысяч рублей.

В итоге следователь Сивцев приходит к выводу, что «действия Ионовой, Тарасовой, Русаковой по составлению фиктивных табелей учёта рабочего времени не являются преступными, поскольку субъект преступления специальный. Субъектами служебного подлога могут быть наделённые полномочиями на удостоверение указанных фактов должностные лица либо госслужащие, не являющиеся должностными лицами». При этом следователь упускает из виду то, что трудовой договор, приказ о приёме на работу подписываются руководителем учреждения.

Следователь не стал проверять версию, озвученную свидетелями, что дочь главной медсестры Туяры Ионовой также была трудоустроена по фиктивному договору. При этом ведомственная комиссия выяснила, что в разные периоды, в течение двух лет, студентке из Санкт-Петербурга действительно начислялась заработная плата. Девушку «взяли на работу» как санитарку и сторожа.

Выборочная техническая ошибка 

После скандала Лену Бубякину понизили в должности, она осталась в Доме ребёнка в должности врача-педиатра. Специалист отдела кадров Русакова, главная медсестра Ионова, медсестры Заровняева, Кузьмина, Литвинцева уволились.

Между тем обстановка в коллективе остаётся напряжённой, гонения на Анну Михайлову не прекращаются. Заработную плату за январь она получила в существенно урезанном виде. Выяснилось, что бухгалтерия начислила зарплату без северных надбавок. Руководство сообщило, что ошибка связана со сбоем компьютерной программы. Но через некоторое время сбой повторился. На этот раз Михайловой при предоставлении отпуска не досчитали 51 день.

59ddc7f4e9c5e Один в поле воин. Санитарка, рассказавшая о нарушениях в Доме ребёнка, подвергается травле

Главный врач Наталья Слепцова объяснила, что ошибка с начислением январской зарплаты коснулась не только Анны Михайловой, но и других работников. «В момент моего вступления в должность организация пользовалась старой программой «Зарплата Кылатчанова». Мы с января внедрили «1С-Бухгалтерию», случился технический сбой. В феврале зарплату работникам, которых коснулась техническая ошибка, возместили».

Почему ошибка коснулась не всех работников, а только некоторых? 

— Технические тонкости не смогу объяснить. Скажу, что семь-восемь человек попали в этот сбой. По начислению отпуска тоже есть объяснение. Поскольку наше учреждение специализированное, то к предусмотренным по закону 52 отпускным дням добавляются 35 в качестве компенсации за работу в спецусловиях. Расчет зависит от фактически отработанных дней. Анна Прокопьевна за прошлый год не отработала положенное время, потому что в течение года была в учебном отпуске, уходила на больничный.

Судя по рассказу Анны Михайловой и некоторых ваших работников, с ней действительно поступили несправедливо. Вы намерены способствовать тому, чтобы Бубякина принесла ей извинения? 

— Чтобы я обратилась к человеку с таким требованием, нужны веские доказательства. Я с Анной Прокопьевной неоднократно разговаривала. Но жалобы с её стороны не прекращаются. Человек ищет справедливости уже несколько лет. С приходом клинического психолога (заявку на вакансию мы направили в СВФУ), который займётся в том числе оздоровлением морально-психологического климата в коллективе, надеюсь, с ситуацией справимся.

Имеете ли вы претензии к Михайловой, как к работнику? 

— Претензий к работе Анны Прокопьевны в рамках должностных инструкций нет. Работу она выполняет на должном уровне.

Вы не можете не признать, что благодаря поднятому ею шуму деятельность учреждения привели в соответствие нормам.   

— В любом случае это послужило пусковым механизмом.

Санитаркам слово не давали 

Анна Михайлова говорит, что главный врач Слепцова вызывала её лишь один раз: «Пригрозила, чтобы я больше не писала жалобы». Постановление об отказе возбуждения уголовного дела, по словам санитарки, развязало руки руководству. В июне этого года заместитель главного врача Татьяна Тарасова оспорила в суде сведения о ней, изложенные в открытом письме министру: «Инцидент в 2016 году подтвердил факт хищения денежных средств с участием зам. главврача по ЭВ Тарасовой Т.В.». В качестве компенсации за урон, нанесенный ее репутации, руководитель запросила 250 тысяч рублей. Суд удовлетворил иск Тарасовой и обязал Михайлову выплатить ей компенсацию — пять тысяч рублей.

«Бубякина мне сказала: «Знай свое место. Твое дело — тряпки да швабры». Сейчас они кичатся тем, что выиграли суд, что уголовное дело не возбудили», — говорит Анна. Она рассказывает, что получает высшее образование, учится на четвёртом курсе Педагогического института СВФУ.

Может, вам стоит уволиться и найти другое место работы?  

— Нет. Раз я ввязалась в эту историю, то обязана идти до конца. Почему эти люди должны меня унижать? Если я санитарка, то не имею права высказывать свое мнение? Почему дети, которым выпало несчастье родиться больными и у родителей, которые не захотели с ними возиться, должны подвергаться ещё большим испытаниям?

Пусть меня трижды осудят, но нарушения есть, и они должны быть устранены.

Всего комментариев: 0

Добавить комментарий

Популярное

Новости партнеров